О норме и «не норме». Как клинический психолог определяет патологию? Три главных инструмента

Психология

О норме и «не норме». Как клинический психолог определяет патологию? Три главных инструмента

Сначала все равно придётся сказать два слова о проблеме психической нормы. Что есть норма – вопрос до сих пор остается открытым. Ему посвящены трактаты больших ученых. Я же, пользуясь правом автора блога, приведу своё определение. Норма, на мой взгляд,иметь семью, работу, и не чувствовать себя ущербным. Социум, кстати, тоже при этом страдать не должен:)).

Рискую подвергнуться критике со стороны коллег: ведь согласно моему определению, хорошо адаптированный человек с рекуррентной шизофренией вне психоза полностью здоров. Но что ж поделать, я действительно так думаю. Мы живем ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, а не вчера и не завтра.

Это не значит, что в ремиссии не надо следить за здоровьем, и можно полностью отказаться от лекарств. Это значит только то, что я сказал: можно счастливо прожить жизнь с любой проблемой, если суметь к этой жизни хорошо адаптироваться.

Это я и к тому веду, как психологи помогают без лекарств. Именно так частенько и помогают – помощью в адаптации.

Но вернёмся к теме сегодняшней заметки.

Вот зашёл ко мне доверитель. Поздоровался, сел. Как я пойму, что с ним? Правду ли он рассказывает (многие приходят по настоянию близких)? А, может, стесняется рассказать самое главное? А иногда (так бывает) – зашёл, сел и вообще молчит.

инструментов для вскрытия психологических и психических проблем у меня, по большому счету, три.

  1. Первый – .

Я задаю вопросы, слушаю ответы или, довольно часто, горячий монолог, и наблюдаю за человеком. Мне не бывает скучно, потому что всегда интересует, что происходит с собеседником, и, конечно, всегда хочется помочь.

Мой визави интуитивно ощущает этот интерес и эмпатию, что уже на данном этапе является терапевтическим воздействием. Ведь очень многим людям жестко не хватает даже просто участливого слушателя.

Читайте также:  7 признаков того, что дружбу пора заканчивать

Конечно, информативна не только суть ответа, но и эмоции, и множество невербальных знаков, которые считываешь уже «на автомате». Вот почему мне гораздо сложнее вести приём по вотсапу или зуму, и ещё сложнее – помогать по телефону. Ведь в этом случае я не вижу человека, его мимики и жестов, а значит – теряю много полезнейших знаний о нем.

2. Для углубления знаний о психике человека мы также используем . Это может быть как во время интервью, так и после. Кое-что доверитель часто может сделать самостоятельно. Например, если я уверен в его когнитивных способностях и комплайенсе (в данном случае, готовности работать со мной), то на большие тесты типа MMPI, с более чем пятью сотнями вопросов, доверитель отвечает дома. Расшифровка и интерпретация результатов, понятно, все равно остаётся за психологом.

Тесты и опросники бывают совсем разные. Мы можем глубоко исследовать высшие психические функции человека: восприятие, внимание, память, речь, мышление. Конечно, интересует эмоционально-волевая и личностная сфера доверителя.

Каждую из названных функций можно смотреть детальнее. Например, память может быть зрительной и слухоречевой, кратковременной и долговременной; а внимание – произвольным и непроизвольным, или же, к примеру, истощаемым.

И, наконец, кроме патопсихологических исследований, есть также нейропсихологические. Они позволяют находить поражённые участки ЦНС человека, чтобы попытаться их исправить.

Человек может быть крайне скрытен, но Вы уже видите, что в мозг можно залезть, ничего не сверля:)).

Можно ли обмануть психолога? Наверное, можно. Если задаться такой целью, потратить, как и он, годы на учебу – и вперёд. Но зачем? К психологу обычно идут за помощью. И, если его квалификация и опыт позволяют – он помогает.

Читайте также:  Цитата Фрейда или женщины, которых ищут мужчины 45+

3. Ну и третий инструмент психолога. Это его Замечательный психиатр Э. И. Минскер, которого я считаю своим учителем, рассказал мне однажды такую историю. Он, будучи совсем юным, увлечённым наукой, аспирантом, ворвался в кабинет к своему пожилому научному руководителю (не помню фамилию, к сожалению) с рулоном бумаги, изрисованной энцефаллограммами.

«Похоже, я умею теперь приборно находить шизофрению!» – восторженно сообщил он своему наставнику. Тот мягко улыбнулся: «Пациент открывает дверь в мой кабинет, а я уже понимаю, что с ним», – ответил старший коллега.

Интуиция никак не умаляет другие методы поиска знаний, потому что она, по сути, просто все их аккумулирует.

На самом деле, тема бесконечная. Поэтому – последний вопрос: а может ли психолог ошибиться в своих патопсихологических изысканиях? Ответ ясен. Конечно, может, как и любой другой работающий специалист. Но ведь моя цель – не абстрактные исследования, а помощь конкретному доверителю. Так что, скорее всего, в процессе работы ошибка будет выявлена и исправлена.

И, поскольку я сугубый практик, дам несколько тестов, которые могут быть полезны читателям, и которые я сам часто использую.

Тревога и депрессия терзают современное человечество, поэтому мой выбор – простая и рабочая «Госпитальная Шкала Тревоги и Депрессии HADS».

О норме и «не норме». Как клинический психолог определяет патологию? Три главных инструмента

Она годится для быстрого мониторинга и выявления проблемы. Набрали больше 7 баллов по одной из шкал, или, тем более, по обеим – значит, надо попытаться что-то менять в своей жизни. Получили более 9 баллов – лучше обратиться к психологу.

Я лично постоянно использую в работе порядка десяти тестов: Хека-Хесса (невротическая готовность), Шкалу депрессии Бека, весьма информативный опросник MMPI (в русской версии – СМИЛ в интерпретации Собчик), методику 10 слов, очень емкую методику пиктограмм Лурии и др., хотя их известны сотни. Просто постепенно сложился такой опыт, да и круг моих интересов в основном ограничен депрессивными и невротическими расстройствами.

Читайте также:  Как понять, что вам лгут: 11 жестов, которые говорят об этом

Некоторые из популярных ныне тестов, как говорится, просто «не зашли». Например, пятна Роршаха. Для меня, бывшего математика, слишком большая свобода интерпретаций.

Знаменитый цветовой тест Люшера тоже кажется мне мало обоснованным. Я даже стеснялся этого собственного мнения, пока не столкнулся с аналогичным мнением замечательного ученого И. П. Лапина (что не мешало ему быть с Максом Люшером в замечательных личных отношениях). Что ж, это наука: истины открываются, завоевывают признание и… иногда устаревают.

Ну и маленькое нововведение. За последнюю неделю у меня пять раз просили контакты, чтобы задать вопрос. Так что теперь мой телефон/вотсап будет в открытом доступе: +7 903. 260 55 93. Надеюсь, Дзен не против.

И, конечно, как всегда, любые замечания, споры, дискуссии и собственные мнения приветствуются. Чем больше лайков и активности читателей, тем большее количество новых людей будет привлечено к этим материалам. Давайте вместе менять вредные стереотипы о психических заболеваниях и людях, ими страдающих.

Источник

Оцените статью
psyban.ru
Добавить комментарий