Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин — о причинах тревожности и стресса

Психология

В нервной системе соревнуются две программы: безопасность и любопытство. Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин о разрушении модели мира, адаптации к неопределенности и пользе тревожности – в рубрике РБК Trends

Об эксперте: Вячеслав Дубынин, доктор биологических наук, профессор кафедры физиологии человека и животных биологического факультета МГУ, специалист в области физиологии мозга.

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Брет Кавано / Unsplash

Мозг как машина времени

В мозгу каждого человека существует «внутренняя модель мира», основанная на деятельности нервных клеток – информационный слепок из окружающей действительности. На протяжении всей жизни мы развиваем, ценим и сохраняем этот паттерн, добавляя новую информацию и ассоциации, формируя обобщения. Она – основа мышления и прогнозирования событий, наша личная «машина времени», позволяющая смотреть в будущее. Работа в области нейробиологии показывает, что за эту функцию мозга отвечают верхние теменные, височные и лобные области коры головного мозга.

Человек постоянно проверяет, тестирует «внутреннюю модель мира» с помощью поведения. Я что-то спланировал и сделал, добился успеха – получаешь положительные эмоции. На фоне этих эмоций усиливается та часть модели, которая успешно сработала. В будущем мозг будет чаще выбирать то поведение, которое доказало свою эффективность.

Если что-то пошло не так, это не сработало, тогда возникают негативные эмоции и, что очень важно, послание состоит в том, чтобы попытаться еще раз, найти и попробовать другие пути. Но если эти пути не видны, успех крайне сомнительный и нет возможности избежать надвигающихся проблем и опасностей – отрицательные эмоции здесь зашкаливают. Постоянный стресс начинает мешать работе мозга, постепенно истощает и разрушает организм.

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Хэл Гейтвуд / Unsplash

Разрушение системы

Почему не сработало, почему не сработало? Часто потому, что наши представления об окружающей среде, о других людях и о себе (все это компоненты «внутренней модели мира») не полностью соответствуют действительности. Или, что еще хуже, наша модель не только в некоторых местах ошибочна, но и в принципе построена как-то неправильно, в ней отсутствуют некоторые из наиболее важных блоков данных. Так что рано или поздно его придется с большой вероятностью сломать.

В психологии это обычно связано с разрушением старой системы ценностей, убеждений, взглядов («мой мир рухнул», «мой мир никогда не будет прежним»). Иногда это происходит как внешняя катастрофа: компания обанкротилась, любимый человек предал. Иногда – как возрастной кризис: год за годом нарастает недовольство профессией, семейными отношениями или чем-то более глобальным, например экологией.

Это не всегда плохо. Бывают и положительные истории: любимый человек сказал «да», вы получили новое отличное положение или родился долгожданный малыш.

Когда перед нами предстают неожиданные препятствия или даже яркий, но не совсем ясный путь в будущее, мы испытываем тревогу, страх. И дело, прежде всего, в отсутствии информации: я с этим никогда не сталкивался; Я не знаю, какой путь выбрать; Я не совсем понимаю общую логику событий. Сразу вспоминается известная поговорка о том, что «человек не боится темноты, а тех, кто в темноте прячется». А также рассуждения Стивена Кинга о технологиях, создающих напряжение и ужас.

Читайте также:  Британский стартап создал футболку, которая будет улавливать углекислый газ более 100 лет. Вот как она выглядит

В неврологии существует классический тест на тревожность: в центр освещенной круглой арены помещают белую мышь. Впервые здесь оказалось животное, он испугался, бежит к стене и прижимается к ней, пытаясь спрятаться. Но проходит несколько минут, и мышь слышит: ничего не происходит. В том числе: ничего страшного не происходит. А потом постепенно начинает осматривать арену, шаг за шагом осматривает, обнюхивает по периметру и даже, подбадривая, идет к центру.

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Наташа Коннелл / Unsplash

На примере этой относительно простой ситуации давайте посмотрим, как две программы соревнуются в нервной системе: безопасность и любопытство. Оба имеют врожденную основу, оба способны нести положительные эмоции, но их выраженность и уравновешенность у конкретного человека (и у конкретной белой мыши) различны. Начиная с Гиппократа, отождествлявшего меланхолию и сангвиник, заканчивая психологами, социологами, философами наших дней, эта тема является объектом большого внимания. Примером может служить работа Анны Фрейд, которая развивает концепцию психологических защит отца.

Не остаемся в стороне и мы, специалисты по нейрофизиологии и нейрохимии. Мозг изучается на уровне отдельных нейронов, нейронных сетей и макроструктур (миндалина, гипоталамус, кора островка), анализируются генетические основы его функционирования, оценивается роль сигналов от эндокринной и иммунной систем. В настоящее время известны десятки факторов, которые изменяют реакцию человека на неизвестное, определяя уровень его тревожности и «невротизма». Более высокий невротизм означает снижение способности регулировать отрицательные эмоции. Любой из этих факторов при резких отклонениях от «среднего уровня» – как постоянных, так и временных, возникающих, например, под воздействием определенного лекарства или при болезни – может повлиять на темперамент и всю структуру личности.

Одна из наиболее цитируемых работ – исследование, опубликованное в 2016 году DJ Smith et al. (Молекулярная психиатрия, 21 (6), 749-757). Ученые провели полногеномный анализ (на уровне всех молекул ДНК) взаимосвязи генов с невротизмом на выборке из 106000 человек. В результате был сформирован список из около 40 генов, часть из которых отвечает за особенности внутриклеточной структуры нейронов; часть – за специфичность обмена веществ и даже устойчивость к инфекциям. Особый интерес представляют гены, отвечающие за общий баланс возбуждения и торможения нервных процессов (в предыдущих исследованиях они были связаны с частотой самоубийств). Кроме того, эти гены регулируют активность гормона кортиколиберина, который в значительной степени определяет реакцию организма на стресс.

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Джесси Оррико / Unsplash

Природа или среда

Гены определяют только 40% нашей реакции на отрицательные эмоции. Остальные 60% – это те характеристики функционирования мозга, которые человек приобретает в течение жизни и в процессе становления личности.

интересно, что аналогичное исследование экстраверсии было опубликовано в том же 2016 году (SM van den Berg et al., Behavior Genetics, 46, 170-182), в котором не было обнаружено четких связей с генами. Это, по-видимому, указывает на то, что такие черты личности, как общительность и любознательность, больше не зависят от десятков, а от сотен генов. То же самое можно сказать и о другом члене «большой пятерки», «открытости опыту» (MHM de Moor, 2012).

Читайте также:  Какие женщины нравятся мужчинам?

Представим на мгновение, что наше существование происходит в полностью знакомой среде. Надежно, но скучно. А потом появляются какие-то изменения, новинки или события. Если инцидент затрагивает лишь небольшую часть «модели мира», тревога и страх обычно не обсуждаются; здесь, как правило, преобладает реакция любопытства. Что в Китае? Новая эпидемия?

Но изменения растут. Они становятся все более очевидными, и в то же время растут опасения за успех деятельности (благополучие, здоровье). Наконец, мы достигаем этого – точки перехода от любопытства к тревоге. Теперь нам не столько интересно, сколько напугано. Есть, как говорят нейробиологи, «пассивная защитная реакция»: вы хотите спрятаться и спрятаться – может, это все равно будет стоить?

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Наташа Коннелл / Unsplash

Когда тревожность может быть полезной

Очевидно, я чудовищно упрощаю. Все намного сложнее, более или менее в той же степени, что человеческий мозг сложнее, чем мозг маленькой рыбки.

Во-первых, нет ничего плохого в небольших контролируемых тревожных реакциях. Тревога и страх – это системы предупреждения, которые предупреждают нас о потенциальной опасности, связанной с неизвестным. Важно, чтобы они не доминировали слишком часто, не ездили в положении страуса, ударившегося головой о бетонный пол. Тогда можно достичь состояния «наведенной беспомощности» – когда мозг отказывается искать выход из ситуации, погружаясь в пучину отрицательных эмоций, нежелания и подчинения «неизбежному».

Во-вторых, помимо любопытства, с чрезмерной тревогой конкурирует множество других врожденных программ: от голода и лени до желания водить машину, беречь имущество и защищать семью и детей. В этот список также входит стремление к свободе, а также сочувствие и альтруизм.

В-третьих, наши психические процессы, к счастью, очень лабильны, подвижны и далеко не всем удается «зависнуть» в состоянии страха и тревоги надолго. Миндалевидное тело, гипоталамус и островковая кора, которые вызывают страх и стресс, также живы и устали («устали от страха»), позволяя мозгу перейти к решению других задач. Более того, наша нервная система «постоянно планирует то, что было достигнуто»: чтобы тревога сохранялась, неуверенность должна постоянно возрастать, а это случается не очень часто. «Внутренняя модель» гласит: да, свет в конце туннеля почти не виден, но хуже не становится. То есть мы почти адаптировались и можем чувствовать и действовать немного смелее.

В-четвертых, это наша воля – способность высших центров мозга, работающих с «внутренней моделью мира», отменять программы, исходящие из его более глубоких структур (таких как миндалевидное тело и гипоталамус). Мы можем терпеть, преодолевать, контролировать голод и агрессию, лень и чрезмерное любопытство. Не всегда, конечно; в противном случае, откуда берутся импульсивные покупки и откладывание на потом? Мы также можем контролировать чрезмерный страх. И мы также можем преодолеть вполне уместный страх, прыгнув с парашютом или выйдя на сцену с публичной речью (не говоря уже о спасении тонущих). Существует длинный список моделей поведения, которые помогут вам контролировать свой страх. Они достаточно очевидны, но иногда их бывает не так просто реализовать. Среди этих техник – физическая активность, полноценный сон, здоровое питание, общение, творчество. Положительные эмоции, какими бы они ни были, помогают преодолеть отрицательные, связанные с неуверенностью.

Читайте также:  Как лучше запоминать прочитанное?

Нейрофизиолог Вячеслав Дубынин - о причинах беспокойства и стресса

Фото: Гаспар Ухас / Unsplash

Наконец, в-пятых, человечество создало ряд мощных методов борьбы со страхом на протяжении всей своей истории. Эту задачу, в том числе, должны решать государство и религия. Наука также выполняет эту функцию более явно, в том числе на уровне прогнозов погоды. В сфере экономики страховые компании борются с беспокойством и неуверенностью. И, конечно же, человек, не занимающийся проблемами, должен знать о существовании когнитивно-поведенческой психотерапии, которая профессионально занимается устранением страхов. Еще одна линия защиты – наркотики, транквилизаторы и анксиолитики, после вдыхания ксенона (больше подходит для панических атак). Наконец, никто не отменял аффирмации самогипноза (внушения). Ведь это тоже работа с «внутренней моделью мира», ее прямая коррекция. Для меня самый яркий пример – «Литания против страха» из блестящей эпопеи Фрэнка Герберта «Дюна».

Как более эффективно адаптироваться к неопределенности

Узнайте больше о ситуации. Обычно это сложнее, чем кажется. Доверьтесь настоящим экспертам – специалистам в данной области. Блогеры и самые разные комментаторы часто заинтересованы не в объективном освещении событий, а в шумихе и лайках. Не зря то, что они делают, называется «информативным фастфудом».

Будьте готовы упорно трудиться ради знаний. Очень сложно понять особенности взаимосвязи вирусов и иммунной системы, макроэкономических событий или закономерностей экологических процессов. Но это окупается осознанным отношением к ситуации, появлением ваших личных и все более эффективных прогнозов, тактик и поведенческих стратегий.

Не расстраивайтесь, даже если новости еще не очень хорошие. Ищите выгоду от ситуации, компенсируйте растущее беспокойство различными источниками положительных эмоций. Это отвлекает и помогает избежать привязанности к страхам и потерям. Библейское «это тоже пройдет» полностью относится к неопределенности. Пройдет, обязательно пройдет.

Посмотри на свое тело. Возможно, ему нужно больше ресурсов для решения поставленных задач, для адаптации к резкому изменению ситуации. Вы должны учитывать, достаточно ли вы спите, достаточно ли в вашем рационе витаминов, есть ли физическая активность. Улавливайте сигналы тревоги, такие как прибавка в весе или потеря энергии, и реагируйте.

сделать это очень сложно. Наши коллеги и друзья, наши близкие и близкие – наша поддержка и помощь. И мы им тоже нужны. Когда усилия объединяются (например, мозговой штурм), эффективность умножается. Ведь мы объединили уже полученные знания и навыки, чтобы преодолевать препятствия. Один ум – это хорошо, но три, пять или десять, собранные вместе для определенной цели, намного лучше.

Читайте также:

Что мы узнали о мозге с помощью технологий? Вячеслав Дубынин о роли ЭЭГ и мечте супертомографа

Иллюзия группировки: очередная мозговая ловушка и как в нее не попасть

Мозг обманывает вас! Узнайте, как его перехитрить

Если вам понравился материал, подпишитесь на канал РБК Тренды в Яндекс.Дзен — это поможет нам развиваться!

Валерия Кузнецова
Главный редактор , psyban.ru
Психолог с многолетним стажем. Использую различные лайфхаки в личной жизни. Друзья постоянно говорят, чтобы я размещала свои советы в интернете. Будьте любимыми вместо со мной!
contact me
Оцените статью
psyban.ru
Добавить комментарий